Подпишусь под каждой буквой.
Если «Чужой» был фильмом о страхе, то «Прометей» — о страхе божьем. "Прозорливый Гильермо дель Торо, посмотрев «Прометея», признал, что теперь нет смысла доводить до ума его давний проект — трехмерную экранизацию «Хребтов безумия» Г.Ф. Лавкрафта. Смотрел в корень. Новый фильм Скотта не может сравниться со старым как космический хоррор, но многократно превосходит его как стройная космогония. Как и Лавкрафту, сэру режиссеру больше не нужна психология и он более-менее плевал на логику. Если «Чужой» был фильмом о страхе, то «Прометей» — о страхе божьем. Если угодно, религиозный трактат, изложенный в неслыханно зрелищной форме.
Во всех четырех «Чужих» люди хотели от ксеноморфов одного: выгоды. Экипаж «Прометея» летит к звездам, прочитав послание на доисторических граффити, отнюдь не за барышами или технологиями — а только за знанием. Даже безумный миллиардер, скрывшийся за собственной голограммой (в точности как актер Гай Пирс спрятался за возрастным гримом), хочет не денег или могущества, а бессмертия. Есть основания предполагать, что в известной галактике обитают Творцы; на их-то поиски и отправляется корабль. На тему смысла названия исшутились все желающие — мол, нечего красть огонь с Олимпа, обожжешься. Кажется, никто не заглянул даже в «Википедию», чтобы узнать о другом подвиге Прометея: именно он создал людей. Выходит, земляне считают, что они титаны, рискнувшие отправиться в обитель богов, — а на самом деле они марионетки, заглянувшие на огонек к кукловоду с неуместными вопросами. Тут он их, как Карабас Буратино, и бросил в печку.
Трагедия в том, что люди привыкли к иудео-христианской логике (героиня суеверно не расстается с крестиком и до конца верит, что он спас ей жизнь), и для них Создатель благ, а в языческой вселенной Прометея демиурги оперируют иными категориями. Космические Жокеи вымерли, потому что чересчур много всего сотворили: слепили людей, а те слишком далеко зашли, решили людей перебить и придумали биологическое оружие помощнее, а то обрело разум и их самих сожрало... В терминах фильм, может, и путается, но иконография — предельно отчетливая. Пара земных ученых, выступающих в этом пепельном анти-Эдеме в роли Адама и Евы, застряла меж двух огней: Ангелы-Творцы (дюжим гуманоидам только крыльев не хватает) с одной стороны — и Змеи-Демоны (даже превращаясь в космических спрутов, аналогов лавкрафтовских Ктулху, они сохраняют внешнюю змееподобность) с другой. Первые воплощают неуемную жажду созидания, вторые — ненасытную жажду уничтожения: два основных инстинкта. Совокупляясь, они рождают Чужого, абсолютный негатив и точнейшее отражение Человека.
Не веря в то, что высшего смысла нет, героиня отправляется дальше, через тернии к звездам, искать Творца Творцов. Ее идеализм равен лишь ее глупости. Близок момент, когда она (за кадром или в сиквеле, неважно) услышит желанное «42». Как тут не вспомнить, что среди сценаристов есть Деймон Линделоф, известный по сериалу «Lost», где таким ответом на главный вопрос бытия служило число чуть более длинное — 4 8 15 16 23 42. Вперед, нумерологи, бейтесь над разгадкой. Вам не понять, что «Прометей», от авторов которого требуют столько ответов, — фильм о бессмысленности и пагубности вопросов. Или, как в рассказе Шекли, о невозможности их правильно поставить.
Все это напоминало бы красивую, но умозрительную схему, если бы не еще один участник событий, реализующий собственное право homo sapiens на созидание. Впервые с начала эпопеи о Чужих робот удостоился роли главного героя. Персонаж Майкла Фассбендера (единственная по-настоящему выдающаяся актерская работа в фильме, ничуть не слабее роли Сигурни Уивер в первоисточнике) носит библейское имя Дэвид, бросая камень сомнения в лоб гигантской голове Голиафа — безответной и таинственной, как истукан с острова Пасхи. И получает ответ рикошетом: в итоге голову отрывают ему самому. Именно Дэвид дает ученому в ответ на его назойливые вопросы каплю крови ксеноморфа — причастие заповедного знания, которое не может принести ничего, кроме мучительной смерти. Он — машина, которая не воплощает низменные инстинкты прагматичного человечества (как андроид из первого «Чужого») и не служит спасителем запутавшихся в собственных амбициях людей (как андроид из вторых «Чужих»). Его не особо интересует и тайна сотворения жизни на Земле. Ему хочется понять лишь одно: что за странное создание — человек, который жаждет бессмертия и убивает все живое, стирает в порошок целые миры, но отказывается снять нательный крест. Он смотрит по сотому разу «Лоуренса Аравийского», пока остальной экипаж спит, и выучил все реплики, но по-прежнему недоумевает.
Дэвид одиноко ходит по кораблю, где все остальные спят, — и подсматривает их сны. Можно трактовать весь «Прометей» как сон робота о том, что такое человек, к чему он стремится и на что способен. Как известно, последние тридцать лет Ридли Скотта донимали, умоляя о продолжении двух картин — «Чужого» и «Бегущего по лезвию бритвы». Кажется, в «Прометее» он наконец снизошел к мольбам. А заодно, проигнорировав большинство вопросов, ответил на стародавний: снятся ли андроидам электроовцы? Выяснилось, что снятся. Эти овцы — мы."
Я не удивляюсь, что многим элиен-дрочерам с кинофорумов "Прометей" кажется неудачным. Это великий фильм, рвущий базовые шаблоны. Он заставляет ДУМАТЬ, а данная функция у дрочеров деактивирована. Поэтому система даёт сигнал "вирус" и зависает.
Но всё-таки основной посыл (не лезь к богам, всё равно ничего не поймёшь - зато получишь пинка) как-то удручает конечностью допустимого...
UPD. Кстати. Кто не в курсе, что такое "42": это ответ на Самый Главный Вопрос о Жизни, Вселенной и Всём-Чём-Угодно (ничего не напоминает? )
The Ultimate Question of Life, the Universe and Everything